Спор: особенности, виды и правила ведения словесного боя

Здравствуйте! На эту тему написано немало исторических трудов, не всегда объективных, но мы остановимся лишь на нескольких главных моментах.

Прежде всего, хотелось бы отказаться от греческого произношения этих названий, поскольку христианская пропаганда в течение двух тысяч лет прочно укрепила в сознании людей словосочетание «книжники и фарисеи», вызывающее резко негативную реакцию, так как известно, что основатель этой религии обвинял фарисеев в лицемерии. (Менее известно, однако, что фарисеи упоминаются в евангелиях далеко не всегда в отрицательном смысле, и даже «апостол» Павел относил себя к ним).

Поэтому вернемся к исконным названиям — Прушим и Цдуким . Название Прушим происходит от корня «отделение», прушим принимали на себя особо тщательное исполнение заповедей, в частности, законов о ритуальной чистоте, что ограничивало их контакты с той частью народа, которая пренебрегала некоторыми законами.

Название Цдуким, как принято полагать, образовано от имени священника Цадока. Существует также предание о том, что «цдуким и байтусим» неправильно поняли высказывание мудрецов о том, что надо служить Всевышнему не ради награды. Из этого был сделан вывод, что награды в Грядущем мире нет, как нет и загробной жизни. Впоследствии цдуким «прославились» еще многими спорами с прушим, в которых отрицали Устное Учение. Устное учение состоит как из переданных по традиции от Моше подробностей Алахи, так и учения мудрецов, трактовавших Письменную Тору в соответствии с традиционными правилами. Одним из самых известных заблуждений цдуким стала буквальная трактовка фразы «Отсчитайте после Субботы семь недель…», которая указывает дату празднования Шавуот. По трактовке цдуким, под словом «Суббота» подразумевается первая суббота Песаха, поэтому Шавуот должен выпадать всегда на первый день недели. Мудрецы же, «прушим», получили предание о том, что под словом «суббота» в данном случае подразумевается Йом-тов, первый праздничный день Песаха, и тогда Шавуот должен быть ровно через 50 дней после него. В Торе праздник несколько раз называется «шаббат», поэтому это объяснение не противоречит простому смыслу написанного. Можно заметить идеологическую подоплеку в этом споре — по версии цдуким, Шавуот является просто летним праздником, не связанным напрямую с Песахом. По версии прушим (которая и принята как Закон), Шавуот — завершение периода, начавшегося Исходом из Египта и закончившегося Дарованием Торы. А ведь получение Торы и было той целью, ради которой Всевышний вывел евреев из египетского рабства.

Интересно, что полностью отрицать Устное предание цдуким не могли, потому что без него невозможно выполнить практически ни одну заповедь — изучавшие Пятикнижие знают, что почти никаких подробностей законов там не сообщается, вместо них — загадочные слова «как Я укажу тебе»; эти слова «намекают» на наличие устного разъяснения к Закону.

Основные же различия между прушим и цдуким лежали в другой плоскости — политической. «Партия» цдуким, в основном, была представлена знатными и богатыми людьми, близкими к властям. К сожалению, многие первосвященники также относились к цдуким. Они не желали подчиняться авторитету мудрецов и сквозь пальцы смотрели на эллинизаторское движение в народе. Прушим же — это, прежде всего мудрецы Торы, настаивавшие на тщательном исполнении как Письменной Торы, так и Устной, тем более, что первое весьма проблематично без второго, как указано выше. Прушим старались научить людей не только исполнять «букву» Закона, но и любить ближних, помогать им, исполняя тем самым повеление Всевышнего «ходить Его путями». Укрепление знаний и исполнения Торы в их глазах было самым важным делом. Простой народ, несмотря на «заносчивость», приписываемую прушим, поддерживал именно их.

Еврейские историки указывают: после разрушения Второго Храма и потери Иудеей самостоятельности цдуким практически исчезли. Что лишь подтверждает сугубо политическую подоплеку этого движения.

С уважением, Овадья Климовский

Очень интересная это процедура – спор, в результате которого согласно поговорке рождается истина. Но в чем скрывается истина и как ее искать, нам с вами сейчас знать не надо, ибо спор интересен не столько своей содержательной формой, сколько побуждающим к нему импульсом. Вы наверняка в этой жизни с кем-то спорили, хотя бы раз, но это обязательно было, а в идеале это происходит достаточно часто. Задумывались ли вы, почему вы вообще вступаете в спор, зачем вам это нужно? А ведь здесь очень много всего того, что с первого и даже можно сказать невооруженного взгляда не заметно. Споры бывают разные, по разным вопросам и с разными конечными целями для спорящих, но прежде всего, спор – это реакция на другого человека, а это уже о многом говорит.

Например, это может говорить о вашей, не достаточно высокой самооценке, каким образом, да элементарно, вы считаете важным для себя убедить в чем-то другого человека, тем самым признавая значимость его мнения для себя. Именно так, ведь по сути зная что вы правы, видя белое белым, а черное черным, кого и зачем вам убеждать в очевидности этого, скажем, психа в психиатрической больнице, вы, я уверен, убеждать в этом не станете, заведомо считая его даже не достойным разговора с вами.

А как у вас обстоят дела в других ситуациях, с другими людьми? Всегда ли ваш оппонент в споре, является достойной вашего внимания и ваших усилий, личностью? Вступая в спор, с каким-нибудь человеком, кем бы он ни был, вы уже считаете его достойным своего внимания, а внимание дорого стоит, оно фактически концентрирует все ваши ресурсы, эмоциональные и интеллектуальные на чем-то, или в данном случае, на ком-то конкретном. Так что когда вы спорите, с каким либо человеком, вы тем самым тратите довольно-таки серьезные ресурсы для поиска и изложения, правильных с вашей точки зрения аргументов, доказывающих вашу правоту. Следовательно, прежде чем спорить с кем-либо, необходимо грамотно оценить перспективы от этого спора, и разумеется, не стоит идти на поводу у эмоций и заниматься флеймом, то есть, спорить ради спора. Это глупо и совершенно непродуктивно.

Сам спор может носить бытовой оттенок или судьбоносный, и если для вас действительно важно что-то доказать другому человеку, если вы видите в этом практический смысл, тогда конечно вы вынуждены спорить, затрачивая на этот процесс серьезные ресурсы. Если ваш спор с другим человеком упирается в противостояние ваших личных интересов с его личными интересами, то в таком случае, суть спора сводится не к объективному рассмотрению спорного вопроса, не к, так сказать, поиску истины, а к банальному, взаимному психологическому давлению. То есть, у вас с вашим противником по спору, в таком случае происходит идеологическое противостояние, в котором столкновение двух интересов, двух эгоистических точек зрения, выражается в форме дискуссии, в той или иной ее форме. Это самая что ни на есть управленческая борьба, которая сводится к управлению чужими мыслями и чужим психологическим состоянием, с одновременной защитой своего собственного умственного и психического состояния.

Будете ли вы управленцем по итогам спора или подчиненным, подчиненным, прежде всего чужому мнению, чужой точке зрения, зависит от вашего умения или неумения вести грамотные дискуссии. А в споре, по результатам которого, может быть произведено конкретное физическое действие, в том числе и судьбоносное для кого-то действие, мы фактически оказываем воздействие на другого человека, если этот спор складывается в нашу пользу.

Ну скажем, если вы убедили другого человека в правильности того или иного решения, принятым вами, и он исходя из этого решения, начал поступать так, как нужно именно вам, вы можно сказать, подчинили себе этого человека, без применения к нему физической силы. Здесь совершенно неважно кто прав, а кто виноват, когда нужен результат, суть спора сводится к простому убеждению или к навязыванию своей точки зрения, либо группе людей, либо конкретному человеку. Тут все очень просто, кто будет убедительней, тот и одержит победу в этой увлекательной игре ума и чувств. Но надо понимать, что спорить в свою пользу, целесообразно только в том случае, если речь идет о противостоянии интересов, а не в случаях, когда люди хотят докопаться до истины, дабы принять правильное для них обоих решение или вывести для себя определенные, адекватные выводы из рассматриваемого ими спорного вопроса.

Завышенная самооценка, кстати, играет очень существенную роль в споре, поскольку благодаря ей, человек не просто верит в свои силы и свою правоту, но и не подвергается воздействию чужого авторитета на себя, в тех случаях, когда это имеет место быть. Это с одной стороны хорошо, ведь у человека не должно быть авторитетов в жизни, должен быть некий ориентир и эталон, на основе людей, добившихся весомых результатов, но только не авторитет, который психически настраивает человека на поклонение своему авторитету, созданию из него культа и полному доверию ему во всем. Этого быть не должно, потому выступая против авторитетной личности, необходимо понимать прежде всего то, зачем тебе это нужно, ведь именно с этого мы и начали, что если споришь, признаешь значимость того с кем споришь, и в данном случае признаешь авторитетность той личности, авторитет которой собираешься пошатнуть. Не понимая этого, своим спором можно только укрепить его авторитет, тут ЭГО обманывает само себя. С одной стороны вы выделились, как не молчаливое и тупо все впитывающее большинство, но с другой стороны, вы лишь дополнили конструктивный разговор, а возможно и этого не сделали, просто поставив под сомнение выводы и заключения другого человека.

Но самым пожалуй распространенным стимулом для спора, согласно моим наблюдениям, является нежелание рушить устоявшиеся стереотипы и картину мира которая присутствует у человека в голове. Здесь уже идет речь не об авторитетах и не о значимости одного человека для другого, здесь уже все сводится к содержательной части, к той информации, которая полностью переворачивает в голове человека, просто руша то, чем он все это время жил. Если человека всю жизнь учили одному, а тут вдруг он начинает понимать, что все это время ошибался, и неважно кто ему открыл на это глаза, важно, что он видит и всем нутром чувствует, что это действительно так, что он жил не реальным а вымышленным миром, здесь начинается так сказать сбой всей системы. Это кстати может стать сильным психологическим потрясении, и даже несмотря на то, что человек может упорно спорить, до последнего отстаивая именно свою точку зрения, защищая свой мир в котором жил, это не значит, что он не принял действительность. Это еще называют опустить с небес на землю, ведь живя с одной установкой, сложно принять другую, особенно если при этом понимаешь, что сложно или невозможно уже ничего изменить.

Поэтому я считаю неконструктивным, совершенно бесполезным и даже вредным спор, в котором один человек указывает на ошибки другого, убеждает его в них, но при этом не делая заключения, не предлагая способа их решить или не повторить вновь, короче говоря не смягчая столь жесткое падение. Можно получить удовольствие от такого психологического подавления другого, подняться на этом самому, поднять уверенность в себе и купаться в славе собственной правоты, указав другому на грязь, в которой он сидит. Но это поведение слабого человека, у которого с психологической устойчивостью тоже не все в порядке, ибо сильный человек не концентрирует внимание других на их ошибках, а предлагает способы их решения, причем достаточно мягко и безболезненно. Это приносит куда более значимое удовольствие и признание со стороны того, кто решил свои проблемы благодаря такой помощи, а не ушел с ними в глубокую депрессию. Так что если спор может о многом сказать и ко многому привести, важно лишь видеть истинную причину спора, как со своей, так и с чужой стороны.

Иногда спор может быть достаточно аргументированным, когда действительно обе стороны начинают видеть больше, чем видели до этого, но иногда это просто тупое настаивание на своем, где о себе заявляет Эго, не желающее мириться с теми заблуждениями, на которые ему указывают. Здесь важно понимать, хочешь ли ты видеть то, что в данный момент не видишь, и если да, то смысла в споре нет, если конечно ты не ведешь его целенаправленно, таким образом, чтобы получить от собеседника как можно больше информации, провоцируя его заведомо ошибочными аргументами со своей стороны. Также человек никогда не пострадает от спора психологически, в плане подавленности из-за своей неправоты и ошибочных установок, если смыслом спора для него будет не сам спор и отстаивание своей точки зрения, а конкретный результат, который действительно может что-то дать.

Пусть ваш мир рухнет, но вы ведь обретете другой, и в таком случае, зачем сопротивляться тому, что сделает вас сильнее, а не признание вашего собеседника как личности более весомой чем вы, смягчит любую информацию, что вы от него получите. Как пример могу привести компьютер или книгу, авторитет которых вы не признаете, какую бы значимую информацию они вам не выдали, вы понимаете, что вы лучше, вы совершенней. Так же относитесь и к другим людям, используйте спор себе на пользу, и не убеждайте других в том, в чем они не хотят быть убеждены, вы же не будете убеждать в чем-то книгу, ведь она всего лишь книга, получив от нее нужную вам информацию. Вы просто ставите ее обратно на полку, не споря с ней и ни в чем ее не убеждая.

Почти тысячу лет назад разными путями пошли католическая и православная церкви. 15 июля 1054 год считается официальной датой разрыва, но этому предшествовала вековая история постепенного разделения.

Акакиевская схизма

Первый церковный раскол, Акакиевская схизма, произошел в 484 году и длился 35 лет. И хотя после него восстановилось формальное единство церквей, дальнейшее разделение было уже неизбежно. А началось все с, казалось совместной, борьбы против ересей монофизитства и несторианства. Халкидонский собор осудил оба лжеучения и именно на этом соборе была утверждена та форма Символа веры, которую и по сей день исповедует православная Церковь. Решения Собора вызвали продолжительную «монофизитскую смуту». Монофизиты и соблазнившиеся монахи захватили Александрию, Антиохию и Иерусалим, изгнав оттуда епископов-халкидонитов. Назревала религиозная война.

Стремясь привести к согласию и единству в вере Констатнипольский патриарх Акакий и император Зенон разработали компромиссную вероучительную формулу. Папа Римский Феликс II отстаивал халкидонское вероучение. Он потребовал от Акакия прибыть на собор в Рим, чтобы дать объяснения по проводимой им политике. В ответ на отказ Акакия и подкуп им папских легатов Феликс II на соборе в Риме в июле 484 отлучил Акакия от Церкви, а тот, в свою очередь, вычеркнул имя Папы из диптихов. Так начался раскол, получивший название Акакинской схазмы. Потом запад и восток примирились, но «осадочек-то остался».

Папа Римский: стремление к главенству

Начиная со второй половины IV века римский епископ: требует своей церкви статуса главенствующей власти. Рим должен был стать центром правления Вселенской Церковью. Обосновывалось это волей Христа, который, по мнению Рима, наделил властью Петра, сказав ему: «Ты - Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою» (Мф. 16, 18). Папа Римский считал себя уже не просто преемником Петра, признаваемого с тех пор первым епископом Рима, но и его викарием, в котором как бы продолжает жить апостол и через Папу править Вселенской Церковью.

Несмотря на некоторое сопротивление, это положение о первенстве было мало-помалу принято всем Западом. Остальные Церкви в целом придерживались древнего понимания руководства через соборность.

Константинопольский патриарх: глава церквей Востока

VII век стал свидетелем рождения ислама, который начал распространяться с молниеносной скоростью, чему способствовало покорение арабами Персидской империи, долгое время бывший грозным соперником Римской империи, а также Александрии, Антиохии и Иерусалима. Начиная с этого периода, патриархи этих городов часто были вынуждены поручать управление оставшейся христианской паствой своим представителям, которые пребывали на местах, в то время как сами они должны были жить в Константинополе.

В результате этого произошло относительное уменьшение значимости этих патриархов, а патриарх Константинополя, кафедра которого уже во время Халкидонского собора, прошедшего в 451 году, была поставлена на второе место после Рима, таким образом, стал, в какой-то степени, высшим судьей Церквей Востока.

Иконоборческий кризис: императоры против лика святых

Торжество православия празднуемое нами в одну из недель Великого Поста – еще одно свидетельство ожесточенных богословских стычек былых времен. В 726 году разразился иконоборческий кризис: императоры Лев III, Константин V и их преемники запретили изображать Христа и святых и почитать иконы. Противников императорской доктрины, в основном монахов, бросали в тюрьмы, подвергали пыткам.

Римские папы поддержали иконопочитание и прервали общение с императорами-иконоборцами. А те в ответ на это присоединили к Константинопольскому Патриархату Калабрию, Сицилию и Иллирию (западную часть Балкан и север Греции), которые до того времени находились под юрисдикцией папы Римского.

Законность почитания икон Восточной церковью была восстановлена на VII Вселенском соборе в Никее. Но пропасть недопонимания между Западом и Востоком углублялась, осложняясь политическими и территориальными вопросами.

Кирилл и Мефодий: алфавит для славян

Новый виток несогласия между Римом и Константинополем начался во второй половине IX в. В это время встал вопрос, к какой юрисдикции отнести славянские народы, вступавшие на путь христианства. Этот конфликт также оставил глубокий след в истории Европы.

В то время папой стал Николай I, стремившийся утвердить господство папы римского во Вселенской Церкви, ограничить вмешательства светских властей в церковные дела. Есть мнение, что свои действия он подкреплял поддельными документами, якобы выпущенными предыдущими папами.

В Константинополе же патриархом стал Фотий. Именно по его инициативе святые Кирилл и Мефодий перевели на славянский язык богослужебные и наиболее важные библейские тексты, создав для этого алфавит, и таким образом заложили фундамент культуры славянских земель. Политика говорить с неофитами на их наречии принесла Константинополю больший успех, чем снискали римляне, упорно изъяснявшиеся на латыни.

XI век: пресный хлеб для причастия

XI веке для Византийской империи был поистине «золотым». Мощь арабов окончательно подорвана, Антиохия вернулась в состав империи, еще немного - и был бы освобожден Иерусалим. Киевская Русь, приняв христианство, быстро становилась частью византийской цивилизации.

Стремительный культурный и духовный подъем сопровождался политическим и экономическим расцветом империи. Но именно в XI в. произошел окончательный духовный разрыв с Римом. С начала XI в. имя папы больше не поминалось в константинопольских диптихах, а это означало, что общение с ним прервано.

Помимо вопроса о происхождении Святого Духа, между церквями встало несогласие и по ряду религиозных обычаев. Византийцев, например, возмущало использование пресного хлеба для совершения Причастия. Если в первые века повсюду использовался квасной хлеб, то с VII–VIII веков Причастие стало совершаться на Западе пресным хлебом, то есть без закваски, как это делали древние евреи на свою Пасху.

Дуэль на анафемах

В 1054 г. произошло событие, которое послужило поводом для разрыва между церковной традицией Константинополя и западным течением.

Стремясь получить помощь папы перед угрозой норманнов, покушавшихся на византийские владения юга Италии, император Константин Мономах по совету латинянина Аргира, назначенного им правителем этих владений, занял примирительную по отношению к Риму позицию и пожелал восстановить единство. Но действия латинских реформаторов на юге Италии, ущемлявшие византийские религиозные обычаи, обеспокоили Константинопольского патриарха Михаила Кирулария.

Папские легаты, среди которых был и кардинал Гумберт, прибывшие в Константинополь для переговоров об объединении, стремились сместить Михаила Кирулария. Дело кончилось тем, что легаты возложили на престол Святой Софии буллу об отлучении патриарха и его сторонников. А через несколько дней в ответ на это патриарх и созванный им собор отлучили от Церкви самих легатов.

В результате папа и патриарх обменялись анафемами в адрес друг друга, что ознаменовало окончательный раскол христианских церквей и возникновение основных направлений: католицизма и православия.

И грозной цепью сил природы Весь мир таинственно объят.

И. В. Гёте

Действие трагедии «Фауст» открывается Прологом, который совершается на небесах. Гимны архангелов создают торжественный космический фон. Вселенная величественна, все в природе находится в непрерывном движении, в борьбе. И сразу же после этого на­чинается спор о человеке, о смысле его существования на Земле. Что же значит человек в этом огромном мире?

Мефистофель отвечает на этот вопрос уничтожающей критикой человека: «смешной божок земли», свой разум «он на одно лишь смог употребить, чтоб из скотов скотиной быть», «в грязь он лезет поминутно», «он жалок»...

Насмешки Духа Отрицания тем более необычны, что представитель «нечистой силы» воспроизводит один к одному взгляды средневековой христианской церкви об изначаль­ной виновности человека, о первородном грехе, о нечистоте женщины, любви, челове­ческого тела. Во имя этих представлений отправлялись на костры тысячи людей.

Мефистофель убежден в том, что даже лучший из людей - Фауст - так же слаб, как и любое из этих жалких созданий: «Бьюсь об заклад: он будет мой!»

Между прочим, подобного рода мнения о человеке не так уж неведомы нам. Вы ведь слыхали такое слово: «быдло»? Так мы характеризуем целые толпы людей. А быд­ло в переводе с польского и означает «скот». Именно то самое слово, которое отнес к человеку Мефистофель.

Гуманистическую программу Гёте вкладывает в уста Господа, который противопо­ставил Мефистофелю свою веру в человека:

Пока еще умом во мраке он блуждает, Но истины лучом он будет озарен...

Итак, естественным и истинно человеческим качеством Господь считает Разум, поиск истины, то есть все то, что проповедовали и деятели эпохи Просвещения. Господь вовсе не считает человека венцом своего творения и лучше, чем кто бы то ни было, знает его слабости. Одна из таких слабостей известна каждому ученику - это лень-матушка. Правда, в возвышенных стихах, которыми изъясняется Бог, это звучит несколько по- другому, но суть-то дела от этого не меняется:

Слаб человек: покорствуя уделу, Он рад искать покоя...

Это, конечно, не та слабость, о которой говорил Дух Отрицания, это скорее слабость силы, той самой, которая сидит сиднем тридцать лет и три года, пока внешние силы не поднимают ее к богатырским подвигам. Это и объяснение странным отношениям Господа с Мефистофелем.

Потому Дам беспокойного я спутника ему: Как бес, дразня его, пусть возбуждает к делу!

Господь (а лучше сказать, сам автор) понимает и сложность познания истины, путь к которой извилист и труден. Этот путь Господь называет то блужданием, то исканьем смутным, но внутренняя чистота человека сохранит его на путях познания: «чистая душа в своем исканье смутном сознаньем истины полна!»

Все содержание трагедии «Фауст» - в этом маленьком тексте «Пролог на небе­сах». И смысл этого спора о предназначении, или о сущности, человека предельно понятен: Творец создал человека для поиска истины, неведомой даже архангелам, но в путь открыватель должен отправляться сам, преодолев внутренние препятствия (уже упомянутую лень) и внешние земные соблазны. Остановившийся в поиске, рас­тративший себя на кабацкие или иные утехи - добыча темных (в смысле лишенных истины) сил. Прошедший свой путь для открытия истины, пусть крохотной ее доли, выполняет волю «Садовника», который, «сажая деревцо... уже знает, какой цветок и плод с него получит...».

Аминь! По-моему, именно это слово должно закончить наши рассуждения о споре Бога и Сатаны.

Суть спора - в противопоставлении мнений, когда один человек пытается доказать другому, что он прав и его позиция справедлива. Однако чаще всего в ходе спора акцент делается именно на желании быть правым, а не на справедливости собственной позиции, что в итоге приводит к непониманию, хаосу и деструкции. Иначе говоря спорщику не так важно прийти к истине, сколько доказать собеседнику, что тот глупец. Спор отнимает много энергии, приводит к раздражительности и нервозности. В этой статье я постараюсь рассмотреть спор с разных сторон и подвести к конструктивным решениям.

Желание быть правым (в споре, или вообще по жизни) – это потребность ущемленного в укреплении собственных позиций, и вечно колеблющееся , побуждающее переживать унижение снова и снова. Спор, исключительно из желания оказаться правым – неэффективная потеря времени и спокойствия, ведущая к неразумным решениями и разрушительным последствиям.

Существует тип людей, которые проявляют «ослиное» упорство во время спора и обладают удивительным талантом – выдумывать аргументы буквально из пустоты! Обладая «философским» складом мышления, можно спорить о чем угодно часами. Но если не получаешь удовольствия от споров, имеет смысл учиться молчать, и не покупаться на инфантильные провокации и подстрекательства спорщика, которому приспичило самоутвердиться за счет собеседника.

Если, все-таки, без отстаивания своих позиций и споров не обойтись, имеет смысл поработать с позициями и выбрать такие, которые соответствуют действительности по той простой причине, что истину отстаивать всегда проще. Истина зачастую очевидна, и редко нуждается в доказательствах. Для аргументации истины всегда найдутся «улики», так, или иначе говорящие в ее пользу. Аргументы и факты должны быть сопоставимы. Если аргументы не соответствуют фактам, грош цена таким аргументам.

И если выбираешь отстаивание истины, важно уметь признавать собственную неправоту (в споре, в поступках и др.), и допускать, что собственные взгляды – не обязательно соответствуют истине. Талант признавать ошибочность своего мнения в споре вызывает уважение собеседника (даже если он его скрывает), и подсознательное желание продолжить контакт с трезвым человеком, разум которого нацелен на истину, а не на удовлетворение самолюбия.

Трезвомыслящая честная с собою личность – явление нечастое, и это настоящая сила. Мудрый человек учится, а не спорит. Позиция ученика – развивает личность и сознание, побуждает быть внимательным к жизни, прислушиваться, наблюдать, осознавать. Спор здесь просто не уместен. Позиция поучающего и спорящего человека говорит о зацикленности на своем закостеневшем и не всегда адекватном понимании жизни.

Любое понимание – условность, всего лишь набор концепций, который мы однажды выбрали в качестве опоры для своего мировоззрения. Но жизнь – не статична, и если для вас действительно важно не самоутверждение, а понимание, следует уметь отпускать старые концепции, и смотреть на происходящее глазами новорожденного – человека способного к обучению.

Если вас подвергли конструктивной критике, неразумно ее оспаривать, потому что именно выявление ошибок позволяет совершенствоваться. Конструктивная критика – это указатель к верному пути. Спор в таком ключе – потеря верного направления. Деструктивная критика – это либо отсутствие трезвости критикующего, либо, что, к сожалению чаще – желание унизить, возвеличив свое болезненное самолюбие. .

Лесть и деструктивная критика – две крайности, вносящие ложную информацию в происходящее, и приводящие к низким результатам. В таком случае проще всего игнорировать неадекватное мнение – и отрицательное, и положительное, не вступая в бесплодные споры.

Что справедливо и полезно для одного человека, может оказаться несправедливым и бесполезным для другого в силу различного жизненного опыта. И тогда может показаться, что в происходящем споре сталкиваются вроде бы противоположные мнения, но в то же время каждое – по своему уместно и убедительно. Обретение равновесия между противостоящими сторонами – настоящий талант. Никто не знает как правильно, мы все живем интуитивно и действуем «на ощупь».

Зачастую люди прибегают к спору просто потому, что под натиском эмоций не способны услышать голос разума. Эмоции всегда вносят субъективность. Объективность любит тишину – только на ее фоне и проступает ясность. Когда все ясно, тогда зачастую и говорить не о чем. Но иногда важно уметь говорить, потому что и в молчании – нет большого смысла.