Биография. Биография Влияние на политику страны

Эрих Людендорф

Я посвящаю эту книгу героям, павшим с верою в величие Термании

На протяжении всех четырех лет войны я не вел дневника, не делал никаких записей. Для этого не было времени. Теперь, будучи на покое, я наверстываю упущенное и пишу свои воспоминания о войне, полагаясь главным образом на память. Волею судьбы мне пришлось занимать различные высокие должности. Вместе с генерал-фельдмаршалом фон Гинденбургом, другими государственными мужами мне довелось руководить защитой нашего отечества.

В своих воспоминаниях я намереваюсь рассказать о подвигах немецкого народа и его вооруженных сил, с которыми навечно связано и мое имя. В книге описываются мои собственные переживания, вызванные этой невиданной по своему размаху битвой народов.

Немцы еще не имели времени для глубокого осмысления прошлого: велико бремя выпавших на их долю испытаний. И тем не менее они могут по праву гордиться своими героическими свершениями на фронте и в тылу. Однако следует все же, не теряя понапрасну времени, поскорее извлечь полезные уроки из тех событий, которые привели к поражению Германии; история не щадит народы и цивилизации, охваченные смутой и внутренними раздорами.

Людендорф

Прекрасно спланированная и великолепно проведенная операция по захвату бельгийской крепости Льеж положила начало серии громких побед германского оружия.

Наступления на Восточном фронте, осуществленные в 1914–1915 гг. и летом 1916 г., и реализацию высочайших требований, предъявлявшихся к командному составу и солдатским массам, можно по праву считать самыми выдающимися свершениями за всю историю войн. Ведь силы русских намного превосходили противостоявшие им германские и австро-венгерские войска.

Война, которую мне и генерал-фельдмаршалу фон Гинденбургу выпало вести с 29 августа 1916 г., т. е. со дня нашего вступления в главное командование сухопутными войсками, по праву принадлежит к тяжелейшим в мировой истории. Ничего более грандиозного и потрясающего воображение человечество еще не знало. Германия со своими слабыми союзниками изо всех сил старалась выстоять против остального мира. Необходимо было принимать важные по своим последствиям решения.

Обе стороны сражались на суше и на море так же доблестно, как и прежде, но уже имели в своем распоряжении значительно более мощные огневые средства. И никогда раньше народные массы в тылу не поддерживали свои вооруженные силы с такой готовностью и единодушием. Пожалуй, только французы продемонстрировали нечто подобное во время Франко-прусской войны 1870–1871 гг.

В последней войне невозможно было провести разграничительную линию между вооруженными силами и народом в тылу, отделить их друг от друга. Эта война стала воистину всенародной для обеих сторон: сплоченными рядами схватились между собой могущественные державы земного шара. А потому нужно было не только победить врага на поле боя, но и подорвать жизненную силу, сломить дух целого народа, парализовать его волю к сопротивлению.

Не трудно и менее рискованно воевать, когда имеешь в своем распоряжении достаточно войск, хорошо вооруженных и оснащенных всем необходимым. Однако в первые три года войны ни мне, ни генерал-фельдмаршалу фон Гинденбургу не выпало подобного облегчения. Мы были вынуждены действовать, исходя из наличных сил, и, выполняя свой солдатский долг, принимать решения, которые, по нашему мнению, были необходимы для достижения победы. И, надо сказать, нам постоянно сопутствовал успех.

Когда мы в марте 1918 г. при благоприятном для Германии соотношении сил перешли в наступление, то смогли одержать ряд крупных побед, однако для окончательного завершения военного конфликта в нашу пользу их оказалось недостаточно. В итоге порыв постепенно угас, а боевая мощь противника заметно возросла.

Эта мировая и всенародная война потребовала от Германии величайших жертв. Каждый отдельный гражданин должен был отдать все на алтарь победы. Нам пришлось бороться до последней капли крови, трудиться до седьмого пота и при этом сохранять бодрость духа и не терять веры в благополучный исход войны, несмотря на трудности и лишения, невзирая на настойчивую вражескую пропаганду, внешне, быть может, и не очень приметную, но обладающую огромной разрушительной способностью.

Только мощные сухопутные войска и военно-морской флот могли обеспечить Германии победу в этой войне. С их помощью Германия вела титаническую борьбу с ведущими мировыми державами. Своими корнями, подобно могучим дубам, вооруженные силы произрастают из глубины немецкой нации, питаясь ее соками, получая от своего отечества моральную поддержку, кадры, необходимое вооружение и снаряжение. А потому следовало неустанно крепить боевой дух и поддерживать среди немецкого населения воинственные настроения. Все людские и материальные ресурсы были мобилизованы на удовлетворение нужд войны.

Перед отчизной стояли сложнейшие задачи. Она являлась тем источником, из которого германские сухопутные войска и военно-морской флот постоянно заимствовали новую энергию и который поэтому требовалось держать в первозданной чистоте и неизменной готовности. Народ и его армия должны быть едины и неотделимы друг от друга. Боеспособность воинских частей на фронте напрямую зависела от боевого настроя немцев в тылу. Их работа и жизнь, как никогда прежде, были подчинены требованиям войны. И необходимые для этого условия создавали и поддерживали члены германского правительства во главе с полномочным рейхсканцлером.

А это ставило перед руководством войсками еще одну очень важную задачу – принять меры по подрыву устойчивости тылов противника. Разве Германия не имела права использовать это мощное оружие ведения войны, воздействие которого она ежедневно испытывала на себе? Разве не следовало также влиять на душевное состояние гражданского населения в стане врага, как это удавалось ему – и не без успеха – делать у нас? Правда, Германии не хватало одного весьма мощного пропагандистского оружия: она не могла использовать против государств Антанты такое действенное средство, как продовольственная блокада.

Для благополучного окончания этой войны германскому правительству предстояло решить ряд сложнейших задач, и главной из них была – собрать достаточно людских и материальных ресурсов, нужных кайзеру для победы в сражениях и подрыва морали народов противостоявших нам вражеских стран. Подобная деятельность кабинета министров решающим образом влияла на ход боевых действий, она требовала от правительства, депутатов рейхстага, от немецкой нации концентрации всех помыслов на идее войны. Иначе и быть не могло: войска черпали свои силы в народе и реализовывали их на поле битвы.

Поступая энергично и решительно, уделяя повышенное внимание нуждам войны, германское правительство тем самым способствовало скорейшему достижению ультимативной цели – установлению мира и спокойствия.

Эти мысли и соображения генерал-фельдмаршал и я высказали рейхсканцлеру при нашем назначении в главное командование сухопутных войск (ОКХ). Мы выразили готовность к плодотворному сотрудничеству во имя окончательной победы и были полны самых радужных надежд, несмотря на чрезвычайно серьезную ситуацию.

Правительство приветствовало наше вступление на ответственные должности в ОКХ. Мы со своей стороны отнеслись к кабинету министров с полным доверием и откровенностью. Вскоре, однако, между нами возникли серьезные трения, обусловленные различиями во взглядах и оценках. Эти разногласия обернулись для нас глубоким разочарованием и тяжелым психологическим бременем.

В Берлине не воспринимали наше понимание потребностей фронта, центру не хватало политической воли всецело подчинить жизнь немецкой нации единственной цели: войне до победного конца. Вместо того чтобы мобилизовать все наличные силы на нужды войны и добиваться мира на полях сражений, в Берлине избрали другой путь: все громче раздавались призывы к примирению и взаимопониманию. Почему-то предполагалось, что народы государств Антанты с готовностью прислушаются к примирительной риторике и вынудят свои национальные правительства заключить мир между воюющими сторонами. Между тем приверженцы подобной примирительной политики имели слишком слабое представление об умонастроении большинства населения и членов правительства в стане врага, зараженных националистическими идеями и упорно стремящихся во что бы то ни стало одержать верх. Прошлый опыт так ничему и не научил берлинское руководство, ощущались лишь некая собственная беспомощность перед идеологическим давлением противника, утрата веры в победу и ослабление воли к сопротивлению. В данном случае над борьбой во имя победы возобладало желание поскорее заключить мир.

Ранние годы

Людендорф родился в деревне (польск. Kruszewnia ) возле Познани (Пруссия , сейчас территория Польши), сын Августа Вильгельма Людендорфа (1833--1905). Хотя Людендорф и не относился к юнкерству , он имел отдалённую связь через свою мать - Клару Жанетт Генриетту фон Темпельхоф (нем. Klara Jeanette Henriette von Tempelhoff ), дочь Фридриха Августа Наполеона фон Темпельхофа (нем. Friedrich August Napoleon von Tempelhoff ) и его жены (нем. Jeannette Wilhelmine von Dziembowska , германизированный польский род). Таким образом, Людендорфа можно считать наследником герцогов Силезии и маркграфов Бранденбурга .

Он рос на небольшой семейной ферме и получил начальное образование от своей тёти. Благодаря своим отличным знаниям математики и трудовой этике, Людендорф поступил в кадетскую школу в Плёне , которую закончило множество немецких офицеров.

Несмотря на своё происхождение, Людендорф женился на Маргарет Шмидт (нем. Margarete Schmidt , - ).

Военная карьера

В возрасте 18 лет, получив офицерское звание, он начал свою многообещающую военную карьеру. В он был переведён в генеральный штаб немецких войск и в - возглавлял отдел мобилизации. Людендорф принимал участие в подробной разработке плана Шлиффена , в частности, что касалось преодоления бельгийских фортификационных сооружений вокруг Льежа . Также он пытался подготовить немецкую армию к грядущей войне.

В 1913 году социал-демократы стали наиболее мощной партией в рейхстаге . Они сильно урезали финанисирование содержания армии, наращивания резервов и разработки нового вооружения (например, осадные пушки Круппа). Значительные средства направлялись в развитие военно-морских сил. За свой непреклонный характер Людендорф был снят с занимаемой должности в генеральном штабе и назначен командовать стрелковой дивизией.

Первая мировая война

В начале первой мировой войны Людендорф был назначен заместителем начальника штаба 2-й немецкой армии под командованием Карла фон Бюлова . Своим назначением он во многом был обязан своим знаниям и своей предыдущей работе по изучению фортов, окружавших Льеж. Людендорф получил народное признание в августе 1914 года , когда Германия начала боевые действия по плану Шлиффена .

В 1917 году Россия выбывает из войны, и Людендорф участвовал в переговорах о перемирии с новым правительством России. В результате в марте 1918 года был подписан Брестский мир . В это же время Людендорф, как главнокомандующий, разрабатывал и приводил в исполнение план генерального наступления на западном фронте, известного как весеннее наступление . Эта попытка завершить войну решающим ударом потерпела неудачу, и в результате Людендорф 26 октября ушёл в отставку.

После завершения войны Людендорф бежал из Германии в Швецию .

Послевоенные годы

Во время изгнания Людендорф написал несколько книг и статей о немецкой армии. В то же время он считается одним из основателей теории об «Ударе ножом в спину» . Людендорф был убеждён, что Германия вела исключительно оборонительную войну. Он считал, что кайзер Вильгельм II не смог провести хорошую кампанию по контрпропаганде.

Людендорф также весьма подозрительно относился к социал-демократам и левым, которых он обвинял в унижении Германии за заключение Версальского мира . Он также обвинял предпринимательский класс (особенно евреев) в слабой поддержке, поскольку считал, что они ставят свои финансовые интересы выше патриотических соображений.

И вновь возвращаясь к левым, Людендорф ужасался проходившими в конце войны стачками, создававшими «внутренний фронт», разлагавшими боевой дух солдат во время временного отступления. Людендорф также был убеждён, что немецкий народ так и не понял, что было на кону во время этой войны - силы Антанты , по его мнению, начали войну с целью уничтожить немецкое государство.

Политическая карьера

В (по другим источникам - весной ) Людендорф возвращается в Германию. Руководители Веймарской республики собирались выслать его и нескольких других генералов (в тот числе и Августа фон Макензена) для реформирования Национальной Революционной Армии Китая, но приказ был отменён из-за ограничений Версальского мира, да и высылка из страны столь известных генералов могла повредить репутации правительства.

Людендорф испытывал сильную неприязнь к политикам, обвинял их в отсутствии патриотизма, национального духа. Но, тем не менее, после войны политические взгляды Людендорфа, как немецкого националиста, привели его к правым партиям. Людендорф оказал поддержку развивающейся Национал-социалистической немецкой рабочей партии . Адольф Гитлер был одним из немногих немецких политиков, которых Людендорф уважал.

Людендорф, как однопартиец Гитлера, принимал участие в Пивном путче в 1923 году , окончившемся неудачей. На последовавшем судебном процессе он был оправдан.

В мае 1924 года Людендорф был избран в рейхстаг от NSFB (Национал-социалистическое освободительное движение, нем. Nationalsozialistische Freiheitsbewegung ), где и работал до

Эрих Людендорф

Эрих Людендорф (Ludendorff) - немецкий военный и политический деятель, генерал пехоты (1916 год). Родился 9 апреля 1865 года в Крушевни, близ Познани, в помещичьей семье. Окончил кадетский корпус, с 1894 года служил в генштабе. В 1908-12 годы - начальник оперативного отдела генштаба. Во время Первой мировой войны сначала был обер-квартирмейстером 2-й армии, а с 23 августа до ноября 1914 года - начальником штаба 8-й армии, начальником штаба Восточного фронта и 1-м генерал-квартирмейстером штаба верховного командования (с августа 1916 года). После Компьеннского перемирия в ноябре 1918 года Людендорф эмигрировал в Швецию. Весной 1919-го он вернулся в Германию и стал лидером наиболее крайних контрреволюционных кругов, был активным участником Капповского путча в 1920-м. Тесно сблизившись с национал-социалистами, Людендорф в ноябре 1923-го возглавил вместе с Гитлером "Пивной путч" в Мюнхене. Во время процесса над участниками путча Людендорф был оправдан. В 1924 году он был избран депутатом рейхстага от НСДАП. Выставив свою кандидатуру на президентских выборах в 1925 году, Людендорф потерпел поражение. Был основателем Танненбергского союза, целями которого была борьба с "внутренними врагами государства" в лице евреев, масонов и марксистов. После возникших разногласий с президентом Гинденбургом, с одной стороны, и со своим бывшим единомышленником Гитлером - с другой, Людендорф отошел от активной политической деятельности. Он умер 20 декабря 1937 года в Татцинге (Бавария).

Будучи издателем пропагандистского листка национал-социалистов "Фелькишер курир", Людендорф не вылезал из долгов. Теперь он искал денежные источники для себя и своей партии. В этой ситуации алхимик Таузенд показался "герою мировой войны" посланцем свыше.

Людендорфом был приглашен специалист-химик, который должен был подвергнуть процесс Таузенда экспертизе. На его глазах Таузенд из расплава свинца, к которому он добавил 3 грамма оксида железа (скажем просто - ржавчины), получил 0,3 грамма золота. Показательная алхимическая трансмутация прошла с успехом.

Когда стали говорить, что даже такой человек, как Людендорф, доверяет "этому Таузенду", несколько финансистов с готовностью предложили к услугам алхимика свои денежные средства.

С Людендорфом в качестве поручителя Таузенд основал "Общество 164". Это не тайный шифр: в системе элементов Франца Таузенда золото имело номер 164. Чтобы птичка не улетела до того, как снесет золотые яйца, Людендорф заключил с Таузендом частное соглашение, в соответствии с которым алхимик отказывался в пользу Людендорфа от всякой реализации своего процесса синтеза золота. Таузенду предоставляли 5% от прибыли. Акционеры и пайщики должны были получить 12%, ассистенты - 8%. А 75% Людендорф собирался забирать в казну национал-социалистов.

Среди членов "Общества 164" были такие крупные промышленники, как Маннесман и Шелер, промышленные и финансовые воротилы немецкого рейха, знать, как, например, князья Шенбург-Вальденбург. Более одного миллиона марок доверили они Францу Таузенду для его алхимических опытов.

"Общество 164", переименованное позднее в "Исследовательское общество Таузенда", основало на эти деньги лаборатории алхимиков по всему германскому рейху.

Таузенд видел свою задачу преимущественно в том, чтобы путешествовать от филиала к филиалу, заключать сделки на покупку земельных участков и замков и проводить переговоры "на высшем уровне". Например, у председателя совета управления казначейства, бывшего министра Ленце, Таузенд хотел узнать, куда надежнее всего в будущем поместить золото со своих фабрик. Затем алхимик поехал в Италию, завязал связи с одним из секретарей диктатора Муссолини.

К началу 1929 года "Исследовательское общество" было вынуждено признать себя несостоятельным. Растрачено оказалось более миллиона золотых марок. Никто толком не знал, куда девалась эта огромная сумма. Неработающие фабричные установки, земельные участки для новых мастерских, полуразрушенные замки - все это свидетельствовало о расточительстве Таузенда. Во всех частях Германии доверившиеся ему люди предъявляли Таузенду судебные иски.

В конце концов бежавшего злоумышленника задержали в Италии. В качестве подследственного он был перевезен в Милан, где полгода находился в тюрьме.

Не падая духом, преступник упорно настаивал на своей невиновности. Он умеет делать золото килограммами, и пусть ему сначала докажут, что он не может его сделать. Следователь и прокурор вышли из себя. Они назначили показательное испытание.

Это алхимическое представление состоялось в октябре 1929 года на главном монетном дворе Мюнхена в присутствии его директора, нескольких специально проинструктированных полицейских, прокурора, следователя, а также защитника.

Трюки жуликоватых алхимиков были к тому времени хорошо известны, и все предохранительные меры приняли. Когда Таузенд прибыл на монетный двор, его раздели догола, тщательно осмотрели, начиная от зубов до ногтей на ногах, даже выворачивали веки. Однако искусник действительно сделал золото! Из свинцовой пробы весом 1,67 грамма он выплавил блестящий металлический шарик, который содержал, как показали позднейшие анализы, 0,095 грамма чистого золота и 0,025 грамма серебра.

Хотя эксперимент был закрытым, молва об удачной трансмутации распространилась по городу с быстротой молнии. Директор монетного двора под натиском репортеров заявил, что у него наверняка полегчало бы на сердце, если бы этого сверкающего кусочка золота, сфабрикованного Таузендом, вовсе не существовало.

В экстренных выпусках на первых страницах газет пресса сообщила о сенсационном результате опыта; большими буквами был напечатан заголовок: "Алхимик Таузенд доказывает свое искусство". Находчивый защитник Таузенда потребовал освобождения его из заключения. Однако верховный суд страны отклонил это прошение: Таузенд находится под следствием, прежде всего за мошенничество.

Основной процесс начался только в январе 1931 года. Понятно, что судебное разбирательство вызвало большое внимание немецкой общественности.

Во время процесса речь пошла и об удачном эксперименте на мюнхенском монетном дворе. Были заслушаны эксперты. Мнение университетского профессора Гонигшмида из Мюнхена было категоричным. Невозможно провести превращение элементов путем простой химической реакции, как это практиковал Таузенд.

Превращение свинца в золото, которое на первый взгляд столь убедительно продемонстрировал Таузенд на монетном дворе, тоже получило во время процесса поразительное объяснение. "Искусственное" золото в количестве 95 миллиграммов вполне могло образоваться… из золотого пера авторучки. Когда прокурор услыхал это, он приказал немедленно доставить улику в суд, однако авторучку Таузенда с золотым пером нигде не смогли найти.

Суд признал Франца Таузенда виновным в многократном обмане. Его приговорили к тюремному заключению сроком на три года и восемь месяцев, с учетом срока предварительного заключения.

Адвокат Таузенда пытался по мере сил убедить суд в том, что виноват не только его подзащитный: на самом деле надо судить не Таузенда, а Людендорфа и других партийных бонз из НСДАП, а также тех, кто давал Таузенду кредит. Они "обожествляли" Таузенда, пока тот в фантазиях не стал принимать собственный обман за чистую правду.

В период правления Гитлера и его клики нацисты отыскали свой и, как им казалось, перспективный источник поступления золота. Это были конфискованные золотые вещи и вырванные золотые коронки тех, кто отправлялся на конвейер смерти в концентрационные лагеря. Алхимики оказались больше не нужны - их заменили профессиональные убийцы в черных мундирах СС.

В 1928 году обозленный поражением Германии в Первой мировой войне, бывший генерал, участник Капповского путча и депутат рейхстага от Национал-социалистической рабочей партии Германии Эрих Людендорф провозгласил идею будущей «тотальной войны», нашедшую самый живой отклик у Адольфа Гитлера. Но реализация идеи требовала создания сильных вооруженных сил и создания сильнейшей системы спецслужб, в том числе прекрасно организованной военной разведки.

По условиям Версальского договора 1919 года Германия не имела права на возрождение милитаризма и, в числе прочих серьезных ограничений, запрещалась всякая деятельность разведки и подобных ей институтов. Но, как и в случае создания «теневого рейхсвера», немцы нахально обошли эти условия и создали запрещенный Генеральный штаб, замаскировав его под полувоенное учреждение. В его составе действовали секретные службы.

Фактически это стало началом возрождения немецкой военной разведки.

«Статистическое бюро» занималось преимущественно экономическим шпионажем и научно-технической разведкой, а «Секция иностранных армий» специализировалась на военном и политическом шпионаже в сопредельных с Германией странах. Возглавлял эти секретные подразделения полковник Фриц Бредов. Как разведчик он не отличался особыми талантами и не сумел развернуть широкую агентурную сеть, ограничившись пассивными мероприятиями по сбору информации из прессы и других открытых источников.

Напряженно трудились переводчики и группа аналитиков, пытавшихся высосать из переводов необходимые сведения. Это была недостаточная информация для жаждавшей реванша армии. И главное, Бредов не имел возможности влиять на ситуацию, поскольку не располагал ни точной оперативной информацией, ни людьми, способными на решительные действия.

Генерал-полковник Эрих Людендорф

В этот период произошло сближение генерала Эрих Людендорфа с бывшим начальником немецкой военной разведки, полковником Вальтером Николаи. Это был худощавый, ничем внешне особо не примечательный человек с острым внимательным взглядом и слегка вздернутым, словно вечно что-то вынюхивающим, носом. За скрытность характера его прозвали «молчаливым полковником».

В 1904 году Николаи по окончании военной академии, где он старательно изучал русский язык, географию, историю, международное и государственное право, получил направление в Генеральный штаб.

Так как Вальтер оказался одним из первых немецких офицеров, получивших специальную разведывательную подготовку при Академии Генерального штаба, его отправили в приграничный военный округе заданием в самые сжатые сроки организовать разведывательную и контрразведывательную работу против Российской империи.

В начале Первой мировой войны

В начале Первой мировой войны Вальтер Николаи занимал должность начальника отдела разведки при оперативном управлении, которое возглавлял генерал Эрих Людендорф. С 1914 по 1918 год Николаи руководил «Третьим бюро» - мозговым трестом разведки Верховного командования немецкой армии. В 1918 году, почуяв поражение Германии и приближающийся крах монархии, «молчаливый полковник» ушел в отставку. Однако он не порвал связей с секретной службой и постоянно призывал коллег и генералов, политиков и промышленников продолжать всеми силами тайную войну с одержавшим победу на фронтах противником.

Позднее он откровенно писал в своих мемуарах: «Шпионаж - это война в мирное время. Разведке нельзя нанести удар разоружением. Интенсивный шпионаж должен предшествовать интенсивному вооружению для подготовки к войне».

Монархия, которой верно служил «молчаливый полковник», рухнула, прежней армии и разведки более не существовало. Как это ни покажется странным, в то время разброда и шатаний, неопределенности после поражения никто не хотел связываться со столь одиозной фигурой профессионального шпиона, как Вальтер Николаи. Даже военное министерство предательски отказалось от разведчика.

Разочарованный, обиженный и обозленный полковник написал тогда новому правительству официальный запрос, - что ему делать с имевшимися в его распоряжении совершенно секретными архивами военной разведки, в которых содержалась масса интересной и тайной информации? Его запрос вызвал только раздражение: война кончилась и в Берлине ни одно ведомство не проявило заинтересованности в сохранении архивов разведки и не выразило желания взять их на хранение.

Чтобы отвязаться от назойливого Николаи, чиновники новоявленной республики предложили ему уничтожить секретные документы.

Например, путем сожжения. Однако проклятый шпион отказался и начал бесконечный марафон по коридорам власти с просьбами помочь сохранить плоды многолетней работы.

Ему удалось добиться положительного решения: сорок восемь тысяч агентурных дел разведки чиновники разрешили хранить в одном из имений в Восточной Пруссии. Николаи немедленно организовал их доставку туда, но спустя два месяца полковника поставили в известность, что архив снова придется переводить, так как в имении его более держать нельзя. Причины не расшифровывались.

При перевозке секретного разведархива из-за халатности чиновников похитили порядка трех тысяч дел. Оказалось, что это сделал бельгийский профессор Брюллюэ, который передал их своему правительству. Однако эта история представляется не столь простой и довольно загадочной: три тысячи дел - достаточно большой объем бумаг и вообще, что делал там бельгийский профессор и как он мог получить доступ к бумагам, которые, как коршун, опекал сам полковник Николаи? Скорее всего, похищение организовала французская Сюртэ Женераль, прикрывшись «чужим флагом».

Смирившись с потерей части архива, Николаи начал активно участвовать в создании «теневого рейхсвера». В его рамках он блестяще воссоздал в миниатюре разведывательную систему и уже в 1920 году возобновил ведение агентурной разведки, засылая своих осведомителей и вербуя новых на территории части Германии, оккупированной войсками победивших союзников.

Именно Вальтера Николаи порекомендовал Адольфу Гитлеру как консультанта по вопросам разведки генерал Эрих Людендорф. Вождь нацистов безоговорочно доверял Людендорфу - они вместе шли по мостовым Мюнхена в день «Пивного путча» в 1923 году.

Адольф Гитлер

В свою очередь, Адольф Гитлер, подобно Наполеону и Фридриху II, свято верил в безграничные возможности разведки и полицейского аппарата. Естественно, при их отличной организации и высоком профессионализме сотрудников. В 1932 году фюрер говорил:

Я приказал составить картотеку всех влиятельных людей мира, на которых будут получены необходимые данные. Такой-то принимает ли деньги? Каким путем можно его купить? Какие у него сексуальные наклонности? Какой тип женщин он предпочитает? Не гомосексуалист ли он? Этой категории нужно уделять особое внимание, таких людей можно крепко держать на привязи. Скрывает ли он что-то из своего прошлого? Поддается ли шантажу? Таким путем я завоевываю людей, заставляю их работать на себя, обеспечиваю себе влияние в каждой стране. Нужные мне политические успехи достигаются путем систематической коррупции руководящих классов. Плоды этой работы я соберу в будущей войне.

Осторожный и хитрый Николаи пришелся нацистам ко двору - он стал основным советником фюрера по делам секретных служб, но не лез вперед и старался скрывать свои амбиции. Даже когда нацисты пришли к власти, Николаи продолжал оставаться всего лишь советником вождя.

Опытный разведчик видел: Гитлеру не нравится глава военной разведки полковник Бредов. И Николаи подкинул фюреру идею о начале тотального шпионажа - коль скоро идет подготовка к тотальной войне, нужен и тотальный шпионаж!

Как и ожидал Николаи, полковник Бредов совершил непростительную ошибку и встретил идеи Гитлера, - фюрер быстро принял мысль Николая, - в штыки. Первым его поддержал бывший в тот момент канцлером генерал Курт фон Шлейхер. Правда «царствование» Шлейхера продолжалось недолго: с 3 декабря 1932 года до 30 января 1933 года, когда канцлером стал Адольф Гитлер, не привыкший прощать тех, кто посмел встать ему поперек дороги.

Фюрер терпел Бредова почти полтора года, пока во время чистки 1934 года ему не представилась возможность покончить одним махом с множеством политических противников, личных врагов и ставших не нужными бывших друзей. В число обреченных попали и фон Шлейхер с Бредовым.

30 июня 1934 года несколько эсэсовцев ворвались на виллу отставного канцлера, смертельно ранили его жену и убили его самого «при попытке оказать вооруженное сопротивление». Полковника Бредова подручные Гиммлера схватили в здании военного министерства и убили.

1 июля в военное министерство прибыл Вальтер Николаи и занял кабинет убитого Бредова: новый канцлер Германии Адольф Гитлер назначил «молчаливого полковника» главой военной разведки рейха. Николаи стал методично восстанавливать работу агентурной сети, нацеливая ее на США, Францию и Англию. Менее чем через год он уже мог доложить Гитлеру, что в этих странах созданы нелегальные резидентуры немецкой военной разведки, имеющие на связи около пятисот осведомителей.

Архив разведки

Николаи срочно затребовал свой спасенный архив разведки и решил создать германо-японский союз спецслужб, чтобы получать информацию, интересующую его, через мощную агентурную сеть, сплетенную за счет финансовой поддержки Японии. План казался грандиозным и очень смелым.

Вальтер начал усиленно убеждать представителей спецслужб из Токио, что японская разведывательная агентура не сможет вести эффективной работы, поскольку среди европейцев ее быстро обнаружат и ликвидируют. Он официально предложил японцам объединить ресурсы и использовать немецких агентов там, где японские подвергались реальной угрозе провала. Он обещал спецслужбам Страны восходящего солнца предоставить все данные, полученные немцами в Европе, а в обмен организовать широкую совместную агентурную сеть в США. Но с тем условием, что японская разведка согласна представлять берлинскому партнеру все сведения, полученные ее агентами. Японцы приняли предложение, и в Токио для связи разведок направили опытного немецкого разведчика Отто, позднее назначенного послом Германии и Японии.

Не обошел вниманием «молчаливый полковник» и диверсионную деятельность, которую он старался развивать совместно с японским коллегой генералом Тераучи. Николаи организовал и открывал спецлаборатории, где велись суперсекретные научно-исследовательские работы, создавал разведшколы и сумел добиться того, что вплоть до 1942 года немецкая разведка считалась одной из самых лучших в мире.

Уходя, возвращаясь и снова уходя, «молчаливый полковник» всегда хранил множество самых разных тайн, подавляющее большинство которых так и осталось нераскрытыми. Да и он сам всегда был человеком-загадкой, старавшимся постоянно придерживаться принципа, высказанного однажды Талейраном: «Единственный орган, которым государь должен меньше всего пользоваться, это язык».

Эрих Фридрих Вильгельм фон Людендорф (нем. Erich Friedrich Wilhelm von Ludendorff, 9 апреля 1865 - 20 декабря 1937) - немецкий генерал пехоты (нем. General der Infanterie). Автор концепции «тотальной войны», которую он изложил в конце своей жизни в книге «Тотальная война». С начала Первой мировой войны - начальник штаба у Гинденбурга, вместе с последним получил общенациональную известность после победы под Танненбергом; с августа 1916 года - фактически руководил всеми операциями германской армии. После окончания войны близко сошёлся с Гитлером, принимал участие в Пивном путче, но вскоре разочаровался в нацистах и перестал участвовать в политической жизни в 1933 году.

Ранние годы

Людендорф родился в поместье недалеко от деревни Крушевня (польск. Kruszewnia) возле Познани (Пруссия, сейчас территория Польши), сын Августа Вильгельма Людендорфа (1833-1905). Старший брат астронома Ганса Людендорфа. Хотя Людендорф и не относился к юнкерству, он имел отдалённую связь с последним через мать - Клару Жанетту Генриетту фон Темпельхоф (нем. Klara Jeanette Henriette von Tempelhoff), дочь Фридриха Августа Наполеона фон Темпельхофа (нем. Friedrich August Napoleon von Tempelhoff) и его жены Жаннетты Вильгельмины Дзембовской (нем. Jeannette Wilhelmine von Dziembowska, из германизированного польского рода).

Он рос в семейном поместье и получил начальное домашнее образование (его обучала тетка). Благодаря отличным знаниям математики и трудовой этике поступил в кадетскую школу в Плёне, которую закончило множество немецких офицеров.

Несмотря на дворянское происхождение, Людендорф женился на Маргарете Шмидт (нем. Margarete Schmidt, 1875-1936).

Военная карьера

В возрасте 18 лет, получив офицерское звание, он начал многообещающую военную карьеру. В 1894 году был переведён в Генеральный штаб германской армии и в 1904-1913 годах возглавлял отдел мобилизации. Фон Людендорф принимал участие в подробной разработке плана Шлиффена, в частности, преодоления бельгийских фортификационных сооружений вокруг Льежа. Также он пытался подготовить немецкую армию к грядущей войне.

В 1913 году социал-демократы стали наиболее мощной партией в рейхстаге. Они сильно урезали финанисирование содержания армии, наращивания резервов и разработки нового вооружения (например, осадных пушек Круппа). Значительные средства направлялись в развитие военно-морских сил. За непреклонный характер фон Людендорф был снят с занимаемой должности в Генеральном штабе и назначен командовать пехотной дивизией.

Первая мировая война

В начале первой мировой войны был назначен заместителем начальника штаба 2-й немецкой армии под командованием Карла фон Бюлова. Назначением он во многом был обязан знаниям и предыдущей работе по изучению фортов, окружавших Льеж. Граф фон Людендорф получил народное признание в августе 1914 года, когда Германия начала боевые действия по плану Шлиффена. Сам фон Людендорф придерживался постепенного осуществления этого плана, причем первым этапом должен быть Восточный фронт. Он предлагал первым делом исключить Российскую империю из участников войны - с помощью основного военного удара или поддержки российских леворадикальных сил и революции в ней.

5 августа, после первой крупной неудачи во время штурма Льежа, фон Людендорф стал во главе 14-й бригады, командующий которой был убит. Он отрезал Льеж от бельгийской армии и вызвал осадную артиллерию. К 16 августа Льеж пал, что позволило немецкой армии продолжать наступление. Фон Людендорф как герой осады Льежа был удостоен высшей немецкой награды - Pour le Mrite.

Российская империя подготовилась к войне и вела боевые действия значительно лучше, нежели это ожидалось по плану Шлиффена. Немецкие войска, сдерживающие русское наступление на Кёнигсберг, не справлялись. По этой причине через неделю после падения Льежа, во время штурма другой бельгийской крепости в Намюре, фон Людендорф был отозван кайзером для службы в качестве начальника штаба 8-й армии на восточном фронте.